Блог и новости

Место отца в судьбе ребенка

Многих психоаналитиков вслед за основателем психоанализа Зигмундом Фрейдом необычайно интересовала тема места отца в судьбе ребенка. Отец- это тот, кто разделяет ребенка со всемогущественной матерью, этим монструозным объектом, включающим в себя все богатства этого мира, отцовский пенис и всех будущих детей. Во французском психоанализе мы говорим о цензуре любовницы: это мать, которая ночью уходит от ребенка к мужчине, это появление в диадных отношениях третьего, позволяющего ребенку начать фантазировать о матери в ее отсутствие. Именно отец как более могущественный объект, самодостаточный и не зависящий от матери, освобождает ребенка от ее удушающего внимания, открывает поле для фантазий, а следовательно для развития психики и символизации.
В психике ребенка отец представлен врожденным фантазмом об отце предыстории, отце первобытной орды. Фрейд в клинической практике неоднократно замечал, что отец реальный в истории пациентов и отец психический- разные отцы. Двигаясь в направлении отца психического, З. Фрейд изучает культуру древних народов и в работе «Тотем и табу» появляется миф о примитивном обществе- орде, собирательный образ примитивного племени. Во главе племени стоит доминирующий самец- самый сильный и умный, он один наслаждается всеми женщинами своего племени, и беспощадно расправляется с соперниками. Его уважают и боятся, и однажды сыновья решают избавиться от этого чудовища, договариваются и убивают его.
Убийство отца и память об этом убийстве порождает чувство вины, образ мертвого отца становится еще более пугающим. К этому ужасу добавляется чувство вины за отцеубийство. В клинической практике З. Фрейд задавался вопросом: почему многих людей непрерывно преследует страх смерти отца или желание его смерти? Почему возникает чувство, что они соперничают с отцом или находятся в подчинении? Отец запрещает ребенку наслаждение собственной матерью, буквально отнимает у него самое большое удовольствие. Ребенок , имеющий отца, пусть даже метафорически, примирившийся с реальностью его существования, тем не менее мечтает чтобы отца не было, втайне надеясь на исчезновение соперника, чтобы мать целиком принадлежала только ему. Мать, в свою очередь, тоже готова быть заполненной ребенком полностью, вернуться в состояние беременности, когда мать и дитя были единым целым. И отец как закон и порядок разрывает это единство, ведущее в психоз, вызывая ненависть и желание уничтожить отца.
В то же самое время отец является объектом восхищения и подражания. Фигура отца и амбивалентна и наполнена смыслом создателя, недаром главная молитва христиан начинается со слов : Отче наш…
Отцу принадлежит важный символический акт- признать ребенка своим. В реальности мать всегда известна, отец до недавних времен, когда генетическая экспертиза забрала это у него, был носителем функции признания ребенка и права дать ему свою фамилию, в России- еще и отчество. Эта важная функция – дать фамилию и отчество- в символическом- еще один способ разделить ребенка и мать особенно важна, если мать носит фамилию своего отца, а не отца своего ребенка. Существует огромная разница в судьбе ребенка, которого признал или не признал отец. Факт признания не делает ребенка автоматически счастливым, но успокаивает и умиротворяет, хоть и оставляет ощущение нехватки отца. Признание отцом ребенка дает тому корни, которые связывают этого ребенка с родом отца и всеми другими отцами этого рода. Факт признания носит символический характер, его достаточно получить один раз, чтобы он навсегда поселился во внутреннем мире ребенка. Не признанный ребенок всю жизнь испытывает сложности с построением связей и поиском смыслов.
У меня нет примера истории ребенка, не признанного своим отцом, скорее всего потому, что такого человека немного шансов стать известным. Но дети, непризнанные отцами, часто встречаются в практике психотерапевтов. Отсутствие отцовской заботы и отцовской любви не лишает возможности ребенка прожить свою жизнь, но эта жизнь будет больше сопряжена со страданиями и сложностями разного рода.
Присутствие отца в жизни ребенка колеблется от минимального- присутствие отца ребенка в голове матери до максимального- когда отец занимает место материнской ухаживающей фигуры:
  • Нормально присутствующий в жизни ребенка отец дает ощущение справедливости, порядка и смысла. Отцовская функция особенно важна в Эдиповом периоде ребенка ( возраст ребенка 4-6 лет), она позволяет идентифицироваться с двумя объектами- отцом и матерью, выбрать для себя черты характера, психики и поведения, сформировать третьего, отличающегося от родителей, но несущего в себе их черты.
  • Мало присутствующий отец- он мог покинуть ребенка еще до его рождения, никогда его не видеть или видеть очень мало. Он существует, не потому что любил ребенка или заботился о нем, а потому, что мать держит в голове , кто отец ребенка и предает волю отца по отношению к ребенку. Эта воля отца может быть негативной- например воля быть не более чем отсутствующим отцом. Есть семьи, где мужчины покидают семью, но это не отменяет того факта, что они были. Место отца может быть местом предателя или грубого, злого человека, но отец не всегда бывает хорошим.. Возможно, в жизни ребенка появится другие мужские фигуры, способные выполнить отцовскую функцию лучшим образом… или не лучшим. Но ребенок без отца будет находится в поиске отцовской фигуры, может ощущать себя беззащитным и потерянным.
Примером мало присутствующего в жизни ребенка отца , но выполнившего роль отца, может быть Жак Лакан, дочь которого Сибилла родилась тогда, когда брак родителей перестал быть актом любви, Лакан уже некоторое время жил в другой семье. Лакан признал Сибиллу, ее жизнь была насыщенной событиями, путешествиями, она избрала профессию переводчика. Рискну предположить, что выбор профессии имел цель понять язык отца, понять, почему она была оставлена отцом.
Еще один пример мало присутствующего отца, представляется фигура Уинстона Черчилля, который несмотря на сложный жизненный путь, связанный с военными и политическими потрясениями, прожил долгую жизнь длиной в 94 года, буквально спас Великобританию от фашисткой агрессии. Фундаментом, заменившим ему фигуру мало присутствующего отца стал собирательный образ отцов рода Мальборо, ярких и блистательных мужчин, принадлежность к которому позволило ему стать тем, кем он стал.
Дети минимально присутствующих отцов могут избрать путь юриспруденции или, если ресурса будет немного, людьми, постоянно сталкивающимися с необходимостью поиска справедливости, или того хуже, нарушающими закон.
Но самое страшное, что может ждать ребенка, если на месте отца находится пустота. Жак Лакан назвал эту ситуацию форклюзией имени отца- фундаментальное отсутствие отца, ведущее в психоз- беспорядок в словах и жизни человека, отсутствие «якоря», когда его несет неизвестно куда. Конечно, можно предположить, что мать, не имеющая в голове образа отца ребенка, вероятнее всего могла иметь ментальные проблемы и на бытовом уровне этим объясняются проблемы ребенка, но это не всегда верно в отношении матери но всегда так в отношении ребенка.
Вызывают обеспокоенность и заставляют обращаться к теме отцовской фигуры в судьбе ребенка общемировые тенденции обходится без отца, родить матерью ребенка для себя , без любовной истории, или вообще от неизвестного отца из банка спермы, эти тенденции можно воспринять как попытку стирания места отца.